Структура и функции культуры

Говоря о структуре культуры, прежде всего подразумевают ее деление на материальную и духовную. Под материальной культурой обычно понимают средства производства, орудия труда, продукты труда, способы практической деятельности по созданию средств производства и потребления. Иногда можно услышать такую образную характеристику: "Материальная культура — это культура, одетая в вещь".

Весьма существенно, что будучи стороной материального производства, материальная культура не тождественна ему. Материальная культура — это создание не столько вещей, сколько условий для жизни человека как человека ("условий человеческого существования"). Эти условия должны способствовать раскрытию творческого потенциала человека, развитию его сил и способностей. Правда, как показывает история, это происходит далеко не всегда. Предметы, созданные человеком, очень часто как бы восстают против него, начинают жить собственной жизнью и не раскрепощают человека, а напротив, порабощают. В этом случае принято говорить об отчуждении. Возможны такие условия человеческого существования, когда не только продукты человеческой деятельности отчуждаются от своего творца, но и человек отчуждается от самого себя, от своей сущности. В этом последнем случае человек становится частью своей деятельности, перестает быть существом творческим, способным ко всем видам деятельности. Тогда говорят о самоотчуждении человека.

.Под духовной культурой понимается деятельность, направленная на духовное развитие человека и общества, а также продукты (результаты) этой деятельности. Этими результатами являются новые идеи и новые знания, духовные ценности. Обычно в духовной культуре выделяют следующие элементы (слово "культура" после каждого элемента опускаем): политическая, правовая, эстетическая, этическая (нравственная), философская, религиозная. Конечно же, этот перечень не исчерпывает всего многообразия духовной культуры. Этого и не может быть, поскольку духовная культура бурно развивается, в ней появляется много процессов и явлений, постепенно изменяющих общую картину и подстегивающих противоположно направленные тенденции интеграции и дифференциации.

С понятием духовной культуры тесно связано понятие духовного производства, служащее для обозначения осуществления в духовной деятельности человека его творческих возможностей. Духовная культура — это продукт духовного производства, и именно духовная культура пробуждает, поддерживает и развивает в человеке личность. Поэтому духовная культура не тождественна "начитанности" или "образованности", и никакие знания сами по себе не могут сделать человека личностью, способной к сознательным и ответственным поступкам.



Материальная и духовная культура существуют в тесном единстве. В самом деле, все материальное, очевидно, оказывается реализацией духовного, а это духовное невозможно без некоторой материальной оболочки. Вместе с тем между материальной и духовной культурой имеется существенная разница. Прежде всего, это различие в предмете. Ясно, например, что орудия труда и, скажем, музыкальные произведения принципиально отличаются друг от друга и служат разным целям. То же самое можно сказать и о характере деятельности в сфере материальной и в сфере духовной культуры. В сфере материальной культуры человеческая деятельность характеризуется изменением материального мира, и человек имеет дело с материальными предметами. Деятельность в сфере духовной культуры предполагает определенную работу с системой духовных ценностей. Отсюда же вытекает различие в средствах деятельности и их результатах в обеих сферах.

В отечественном обществознании долгое время господствовала точка зрения, согласно которой первичной является материальная культура, а духовная культура имеет вторичный, зависимый, "надстроечный" характер. Между тем непредвзятое рассмотрение тотчас же обнаружит весьма искусственный характер такого соподчинения. Ведь такой подход предполагает, что человек сначала должен удовлетворить свои так называемые "материальные" потребности, чтобы затем перейти к удовлетворению "духовных" потребностей. Но уже самые элементарные "материальные" потребности человека, например еда и питье, принципиально отличаются от, казалось бы, точно таких же биологических потребностей животных. Животное, поглощая пищу и воду, действительно всего лишь удовлетворяет свои биологические потребности. У человека, в отличие от животных, эти действия, выбранные нами совершенно произвольно для примера, выполняют и знаковую функцию. Бывают блюда и напитки престижные, обрядовые, траурные и праздничные и т.д. А это означает, что соответствующие действия уже не могут считаться удовлетворением чисто биологических (материальных) потребностей. Они — элемент социокультурной символики и, следовательно, имеют отношение к системе социальных ценностей и норм, т.е. к духовной культуре.



То же самое можно сказать и обо всех остальных элементах материальной культуры. Например, одежда не только защищает тело от неблагоприятных погодных условий, но и указывает на возрастные и половые признаки, на место человека в общности. Бывают также рабочие, повседневные, ритуальные виды одежды. Многоуровневой символикой обладает человеческое жилище. Перечисление может быть продолжено, но и приведенных примеров вполне достаточно для того, чтобы сделать вывод о невозможности выделения в человеческом мире чисто биологических (материальных) потребностей. Любое человеческое действие — это уже социальный символ, обладающий смыслом, раскрываемым только в сфере культуры. А это означает, что положение о первичности материальной культуры не может быть признано обоснованным по той простои причине, что никакой материальной культуры в "чистом виде" попросту не существует.

Таким образом, материальные и духовные компоненты культуры неразрывно связаны друг с другом. Ведь создавая предметный мир культуры, человек не может это делать, не изменяя и не преобразуя самого себя, т.е. не творя самого себя в процессе собственной деятельности. Культура оказывается не только деятельностью как таковой, а способом организации деятельности. А такая организация невозможна без сложной и разветвленной системы социального символизма. Человек как человек не может совершить даже самого элементарного действия, не вплетая его в цепочку символов. Символический смысл действия зачастую оказывается важнее его чисто практического результата. В данном случае принято говорить о ритуалах, т.е. о таких видах деятельности, которые сами по себе совершенно нецелесообразны, но связаны с целесообразной деятельностью чисто символически.

Содержанием культуры становится вся человеческая деятельность, и разделение на материальную и духовную культуру выглядит при этом весьма условным. Главное, что создается в результате развития культуры, — это человек как родовое существо. Все, что человек делает, он делает в конечном счете ради решения данной задачи. Развитие человека при этом предстает как совершенствование его творческих сил, способностей, форм общения и т.д. Предназначение культуры, в соответствии со сказанным, представляется в ее функциях. Этих функций много, но можно выделить некоторые главные.

Если культура является своеобразной технологией деятельности, то можно выделить следующие функции культуры:

1. Преобразованиемира. В предыдущих рассуждениях уже говорилось о том, что с появлением в мире человека появляется и особый фактор изменения и преобразования мира. Ведь этот процесс невозможен без появления материализованных результатов человеческой деятельности, скажем, изобретения колеса или книгопечатания. Хотя эти изобретения не выходят и не могут выйти за пределы законов природы, радикально изменить мир, эти изменения не могли произойти сами собой, на основе соответствующих законов природы. Точно так же, когда человек ставит перед собой цели, выходящие за пределы чисто материальных потребностей, в мир приходит нечто, что не могло появиться "само по себе". Одновременно создаются и предпосылки для более полного удовлетворения материальных потребностей. Заметим в связи с этим, что история человечества свидетельствует, что ни одна культура, ставившая перед собой в качестве главной цели материальное благосостояние, в итоге этого материального благосостояния так и не добивалась. Напротив, культуры, ставившие перед собой цели духовного совершенствования, цели, в сущности, "запредельные" для материального мира, добивались и прогресса личностных качеств человека, и материального благополучия.

2. Познание мира. Человек не может жить в мире, не зная его строения и законов функционирования. Но опять же не следует думать, что познание возникает из чисто утилитарных, сугубо "практических" потребностей. Дело в том, что познание окружающего мира означает также и познание человеком самого себя. Не менее важно и то, что результаты познания и самопознания передаются с помощью особых символов от одного поколения к другому и от одного народа ко всем другим народам. Ничто, возникшее в процессе человеческой деятельности, не становится монопольной собственностью отдельного человека или отдельной социальной группы. "Собственником" достижений культуры является человек как родовое, общественное существо. Таким образом, культура оказывается и средством передачи (трансляции) общечеловеческого опыта, а познавательная функция культуры неотделима от информативной.

3. Обеспечение условий общения. Ни одна культура не существует изолированно, она всегда так или иначе взаимодействует с другими культурами. Точно так же, не может существовать без общения и отдельный человек. Даже оставшись в одиночестве, он продолжает вести мысленный диалог со своими друзьями и недругами, с Богом или даже с самим собой, с современниками или представителями других исторических эпох. Иными словами, культура не может существовать, если отсутствует общение в его различных формах. Только тогда опыт, приобретенный одним человеком или одной культурой, может стать достоянием других людей, других поколений и других культур, находящихся в других областях пространства и в будущем времени. История культуры — это история передачи и закрепления однажды приобретенного опыта, который в конечном счете становится достоянием не только многих культур, но и человека как родового существа, т.е. человеческого рода. При этом важно особо подчеркнуть, что реальными посредниками всех форм общения являются элементы не только духовной культуры — идеи, ценности, нормы, идеалы и т.д., но и материальные предметы — материальные воплощения определенных духовных ценностей, а также орудия, средства и продукты труда. Передача социального опыта путем общения сквозь пространства и времена не делает различия между материальными и духовными посредниками такого общения. В результате происходит также изменение субъектов общения — отдельных людей, социальных групп и отдельных культур. При этом формируется групповой или, более общно, родовой субъект деятельности. Иными словами, благодаря общению достигаются необходимые организованность, согласованность и единство действий отдельных людей, социальных групп и культур, их взаимопонимание и сплоченность, общность мыслей, воли, чувств и настроений. Таким образом, передавая сквозь пространства и времена социальный опыт, общение создает условия совместной жизни людей. А это подводит к следующей функции культуры.

4. Регулирование деятельности и поведения. Именно благодаря культуре обеспечивается следование определенным образцам деятельности и поведения. Передача социального опыта культурой предполагает создание таких средств и способов, которые приходят на смену традиционным (докультурным) формам преемственности — интуитивному подражанию в процессе обучения или в процессе самой деятельности. На смену такому подражанию приходит передача сквозь пространства и времена логического, универсально-понятийного опыта, осуществляемая специализированными социальными группами — учителями-профессионалами. Что касается регулирования поведения, то возникают особые социальные институты, функция которых не только следить за соблюдением определенных норм поведения, но и карать за их нарушение, — судебные и иные карательные органы. Единство и взаимопонимание, т.е. обеспечение условий совместной жизни людей предполагает наличие определенных социальных норм, "отсекающих" вредные и разрушительные для культуры формы деятельности и поведения. А это невозможно без определенной системы ценностей. Ни одна человеческая общность не существует без тех или иных ценностей в качестве побудительного мотива и нормы деятельности и поведения. Но никакая человеческая общность не является жизнеспособной и прочной, если эти ценности не сведены в систему. А всякая система — это соподчинение, иерархия. Отсюда еще одна функция культуры.

5. Установление и поддержание системы ценностей. В условиях культуры (в отличие от состояния "дикости") бытие для человека расщепляется на собственно реальность и ценность в качестве объекта человеческих желаний и стремлений. По существу, все окружающее человека может рассматриваться как ценность, т.е. оцениваться в плане добра и зла, допустимого или запретного, истины или неистины и т. д. Способы оценки предметных ценностей закрепляются и передаются в составе социального опыта в качестве субъективных ценностей — императивов и запретов, установок и замыслов и т.д. Ценности служат для ориентации предпочтений и интересов как отдельных людей, так и социальных групп. Если человеческая общность стремится быть единой и согласованной (а всякая человеческая общность в принципе к этому стремится), то ценности не могут противоречить друг другу — они должны дополнять друг друга. Поэтому ценности образуют иерархически организованную систему. Более высокий уровень иерархии ценностей позволяет развернуть и обосновать ценности более низкого уровня — ценности более конкретные и специализированные. Проблеме иерархии ценностей уделяли внимание еще великие древнегреческие философы Сократ и Платон. С тех пор вокруг этой проблемы не прекращаются споры. Многообразие культур породило и многообразие систем ценностей. Однако если главной тенденцией человеческой истории является тенденция к единству человеческого рода, то необходимо формирование единой системы ценностей (общечеловеческих ценностей). Рассматривая основные этапы истории культуры,мы проследим эту тенденцию к единству более подробно.

Back to Top

3. Понятия традиционной культуры, массовой культуры, субкультуры, контркультуры

Рассмотрение сути культуры было бы неполным без рассмотрения субъекта культуры, т.е. того творчески созидающего начала, благодаря которому она и возникает. Общепризнано, что творцом культуры является человек как родовое существо, т.е. человеческий род в целом. Однако внутри этого "большого" субъекта можно выделить несколько аспектов. Субъектом творчества должен быть признан и отдельный человек, и определенные социальные группы (классы, внутриклассовые группы и т.д.), социальные институты, организации и объединения, региональные объединения и, наконец, человеческий род в целом в качестве родового субъекта и завершения этой цепочки.

Предшествующее рассмотрение привело нас к выводу, что все люди так или иначе связаны друг с другом. Человек связан не только со своими ближними, но и со своими "дальними", с представителями других культур и других поколений — как со своими предками, так и со своими потомками. Эта связь и делает его культурным человеком, а не биологической особью. Только в человеческом обществе возможно духовное наследование. Передача и закрепление социального опыта от поколения к поколению, при которых поддержание этого опыта обосновывается и узаконивается простой ссылкой на его существование в прошлом, называется традицией. Традиция — это самый ранний способ обеспечения единства поколений и, стало быть, целостности субъекта культуры.

В рамках традиции бессмысленно задавать вопрос: "Почему?" Единственным ответом на него будет: "Потому что так было раньше." Традиция непосредственна, она не допускает какого-либо логического опосредования, не нуждается в доказательствах своей законности. И в этом ее сила и причина устойчивости. Традиционные формы деятельности и поведения ориентированы отнюдь не на достижение определенной цели, а на повторение некогда заданного образца или, лучше сказать, стереотипа. В этом смысле традиция обеспечивает устойчивость общества.

Преклонение перед традицией, культ традиции — характерные черты тех обществ и культур, которые принято называть традиционными. Чертами традиционных культур в наибольшей степени обладают первобытные, азиатские, патриархальные социальные формы. Их особенностью является искоренение всяких новшеств в механизме традиций, сохранение и укрепление соответствующего общественного порядка, нетерпимость, подозрительность к самым малейшим проявлениям индивидуализма и духовной самостоятельности. Очевидно, что эти черты были присущи древним культурам Китая, Индии, Египта, Японии, некоторых других стран. Несомненно также, что эти черты налицо и в истории культуры России. Естественно, что в культурах, превращающих традицию в объект поклонения, преобладают застойные явления, а существующий порядок вещей буквально мумифицируется. Поэтому характернейшей особенностью традиционных культур является их антиисторизм, отрицание возможности исторического развития и какого-либо изменения вообще. Время традиционных по преимуществу культур свертывается в кольцо: "вечное возвращение" — ритм таких культур.

Однако традиция, несмотря на свою относительную устойчивость, все же рано или поздно разрушается, и возникают другие, более развитые культуры. Но она не умирает, поскольку, как мы видим, это было бы разрывом связи поколений и тем самым разрушением целостности субъекта культуры. Традиция оттесняется и дополняется другими средствами воспроизводства и поддержания целостности культуры — идеологией, правом, искусством и др. В этих, уже "нетрадиционных" культурах традиция переосмысляется и определенным образом интерпретируется, а сфера ее действия существенно суживается. Фактически теперь главной функцией традиции оказывается узаконение определенных норм и форм деятельности и поведения. Естественно, что традиция остается наиболее сильной и влиятельной там, куда не в состоянии проникнуть характерные для данной культуры механизмы регулирования (семейно-брачные, этнические отношения, военизированные организации и др.).

Принципиально важную роль традиция играет в тех социальных движениях, которые стремятся представить свои цели возвращением к традиционным порядкам, близким и понятным широким народным массам или определенным типам сознания. Естественно, что традиция при этом используется для манипуляции массами и соответствующими типами сознания. Однако под видом "восстановления традиции" происходит внедрение в массовое сознание принципиально иной системы взглядов и ценностей. В данном случае возвращение к традиционной обрядовости и символике ничего не меняет.

В связи со сказанным следует упомянуть о так называемом традиционализме— социально-философском направлении, суть которого сводится к представлению о существовании некоторой "изначальной традиции", выражающей всеобщий глубинный смысл мироздания и в ходе исторического развития определенным образом "проявляющей" себя. Эти "проявления" могут быть весьма разнородными и многообразными — от этнокультурных и религиозных форм до конкретных особенностей той или иной культуры. "Изначальная традиция" считается единой для всех культур и стоящей у их истоков. В качестве изначального состояния мира постулируется единство, а множественность и разнообразие культур трактуется как регресс, упадок и отход от "изначальной традиции". Именно поэтому традиционализм принципиально ориентирован на постижение скрытого, глубинного смысла и синтез всех традиций. Иначе говоря, главной целью этого движения провозглашается устранение разрыва традиции, поскольку именно она выражает подлинные потребности человека и общества. "Возвращение к истокам" — вот что оказывается главной задачей традиционализма.

Представители традиционализма — Ш.Моррас, Р.Генон, Ч.Эвола и др. отрицают принципы либерализма и индивидуализма, приведшие к приоритету материальных интересов, но подвергают критике и тоталитаризм за его стремление к подавлению многообразия. Принцип традиционализма — "единство в многообразии", единство, подобное организму. Разумеется, такая модель культуры предполагает существование сотрудничающих друг с другом сообществ, являющихся посредниками между отдельным человеком и государством, тогда как функции управления отданы некоторой "духовной элите". Следует подчеркнуть, что ряд положений представителей традиционализма сближает их взгляды с идеологией фашизма.

Представители традиционализма были далеко не единственными критиками современной культуры. При этом главным объектом критики становится характерное для нее стремление к "массовизации". Начавшись в экономике, этот процесс затем распространяется на все общество, изменяя и структуру общественных отношений, и тип личности. Социальная структура обычно называется массовой тогда, когда человек в ней нивелируется и унифицируется, превращается в безликое и анонимное существо, в элемент социальной машины. "Массовидный" человек перестает быть активным деятелем: не он действует, а "с ним случается", и сам он ощущает себя в качестве жертвы жестокого социального механизма и не менее жестокого исторического процесса.

Истоки концепции массового общества и соответствующей ему массовой культурыследует искать в умонастроениях тех социальных классов, которые в результате качественного изменения капитализма при переходе к массовому производству утратили свои сословные привилегии, а потому идеализировали патриархальный уклад жизни. Наиболее ярким предшественником критиков массового общества и массовой культуры был Ф.Ницше, благодаря своей обостренной артистической чувствительности, предвосхитивший будущую роль массы, которая, по его словам, преклоняется перед всем заурядным. Подробный и блестящий по стилю анализ "массы", массовой психологии и соответственно массовой культуры был дан известным испанским философом Х.Ортегой-и-Гассетом в книге "Восстание масс". Многие положения этой книги до сих пор остаются классическими.

Отнюдь не отождествляя "массу" с рабочим классом, он констатирует, что на авансцену истории неожиданно вышел невиданный ранее тип человека и еще более удивительный тип социальных связей. Массы больше не хотят следовать за духовной элитой и стремятся прорваться к власти, хотя и не умеют управлять. Принадлежность к "массе" для Ортеги-и-Гассета оказывается, скорее, психологическим свойством, характеристикой ущербности личности, хотя из ряда высказанных им предположений следует, что он достаточно ясно видел и более глубокие причины возникновения феномена "массы".

Обобщая существующие в литературе точки зрения, можно сказать, что под "массой" обычно понимаются непрочные и случайные типы человеческой общности, члены которых объединены лишь общностью присутствия в одном месте в одно время, а взаимодействие между которыми сводится к взаимному усилению эмоций. В этом смысле "массой" является, например, толпа болельщиков футбольного матча или слушатели какого-нибудь рок-концерта. Исследователи феномена "массы" обращают особое внимание на поведение большого количества людей, объединенных связями того типа, который был только что охарактеризован, в экстремальных ситуациях — паника, массовое ликование и т.д. По сути дела, феномен "массы" осмысляется как перенос этих характеристик на общество в целом.

Обычно выделяются следующие толкования "массы": 1) недифференцированное множество; 2) толпа, поведение которой подчиняется своеобразному "массовому" психозу", основывается не на разуме, а на страстях; 3) публика, т.е. группа людей, объединенная чисто внешним и случайным признаком; 4) синоним невежественности, некомпетентности; 5) механизированное общество, продукт машинной техники и массового производства, в котором человек утрачивает свою неповторимую индивидуальность и становится маской, простым исполнителем своей профессии; 6) "сверхорганизованное", бюрократизированное общество, где господствует тенденция к единообразию и отчуждению, все решения принимаются наверху, а остальная часть общества приобретает черты "стадности".

"Массовая культура" — это понятие, служащее для обозначения особенностей производства культурных ценностей в "массовом обществе", ориентированное наих массовое потребление. Важно отметить, что такое производство культурных ценностей понимается как прямая аналогия материального производства в условиях поточно-конвейерной организации труда. "Массовая культура" рассчитана на потребление всеми людьми, независимо от местаихпроживания. Естественно, это означает снижение уровня соответствующих культурных ценностей: так называемые "мыльные оперы" являются характернейшим образцом продукции такого рода. Не менее естественно и то, что "массовая культура" ориентируется в первую очередь на коммерческие цели, предполагает ее пассивное потребление, а потому способна выступать средством манипулирования сознанием потребителя. "Массовая культура" может стать и становится инструментом внедрения в массовое сознание желательных для определенных социальных групп стереотипов поведения, может стимулировать у "массы" новые, неведомые ей ранее потребности, формировать вполне определенные стандарты эстетического вкуса.

Понятно, что противостоять натиску "массовой культуры" очень нелегко. Как и всякая тотальная, претендующая на охват всех и вся форма деятельности, массовая культура не терпит пустот. Однако эти "пустоты", в которых можно укрыться от натиска активно навязываемых стереотипов и норм, все же существуют. Таким образом, мы подошли к понятию субкультуры.

Субкультура(от лат. sub — под) — это в чем-то ограниченная культура определенной социальной общности, ограниченность которой обусловлена бедностью ее социальных связей, затрудненностью доступа к культуре в целом или сознательной культурной самоизоляцией. В этом смысле можно говорить об определенном негативизме субкультуры, хотя, разумеется, возможна и положительная реакция на общепринятые культурные ценности (Например, когда речь идет о так называемых профессиональных субкультурах). Таким образом, субкультуры представляют собой совокупность ценностей, значений и средств выражения, с помощью которых локальные человеческие группы, занимающие в обществе специфическое положение, пытаются усвоить и переосмыслить доминирующую систему ценностей и значений и в ряде случаев противостоять ей. Субъект субкультур — локальные человеческие группы, каждая из которых определенным образом отделена (или сама отделяет себя) от общества в целом.

В конечном счете субкультуры дают входящим в них людям доступные для них средства самопознания и самоутверждения. Очевидно, что при этом определенным, особым образом осмысляется и мир в целом. Поэтому субкультуры предоставляют человеку некоторый набор символов, позволяющих ему придать смысл своему особому, не такому, как у большинства, социальному положению. Поэтому субкультуры возникли задолго до появления "массовой культуры". Например, субкультура уголовного мира имеет очень глубокие корни, никак не связанные с феноменом "массовой культуры". Однако в условиях "массового общества" многообразие субкультур становится отличительной чертой культуры в целом, а значение субкультур в жизни общества неизмеримо возрастает.

Характернейшей чертой субкультуры является, во-первых, "стиль", предполагающий создание и поддержание определенного образа (костюм, прическа и т.д.), во-вторых, манеры поведения (походка, мимика, своеобразная жестикуляция и т.д.), и в-третьих, жаргон. Задача стиля и состоит, прежде всего, в том, чтобы отделить данную субкультуру от остальных субкультур и культуры в целом. Особенно отчетливо это проявляется в молодежных субкультурах.

При определенных условиях субкультура переходит в контркультуру (от лат. contra — против). В самом общем смысле под контркультурой понимают совокупность социально-культурных установок, крайне негативно ориентированных по отношению к ценностям господствующей культуры и даже противостоящих этой культуре.

Сам термин был введен в научный оборот американским социологом Т.Роззаком. Основные элементы таким образом понятой контркультуры — "наркотическая культура", "восточная мистика", "оккультизм" и "сексуально-революционная мистика тела". Сторонники концепции контркультуры отрицают, прежде всего, стержневой принцип западной культуры — индивидуально-личностный принцип в качестве высшей ценности, отказываются от христианской строгости в области семейно-брачных отношений, снимают запреты с эротической сферы, возводят в культ созерцательность и бесцельное времяпрепровождение. Носителями контркультуры оказалась молодежь индустриально развитых стран, а наиболее известные представители контркультуры — "хиппи", "панки" вошли в историю как яркие примеры молодежного протеста против "массовой культуры", который, впрочем, наделе чаще всего оказывался лишь инфантильным протестом против "культуры взрослых", требующей труда и ответственности. Итак, подводя предварительные итоги, мы можем сказать, что наша первая тема подвела нас к пониманию сложности феномена "культуры". Одновременно стало ясно, что исследование культуры имеет отнюдь не академический интерес, поскольку выводит на актуальные и даже жгучие проблемы современности. Но ответы на современные вопросы очень часто следует искать в истории. Поэтому наши дальнейшие лекции вполне закономерно будут посвящены возникновению и истории развития культуры.


7388017662092256.html
7388034273644897.html
    PR.RU™